Репрезентация скорби: как искусство изображало оплакивание от Античности до XVII века

Этот таймлайн — ​способ показать, как политические потрясения и социальные изменения в истории Италии рождали новые художественные формы. Мы проследим, как суровый реализм римского портрета сменяется одухотворенностью средневековых мозаик, как из вольности городов-коммун расцветает Ренессанс, а за торжеством барокко последует свет Просвещения и драма объединения нации. Каждая эпоха оставила на итальянской культуре свой неповторимый след, и наша задача — ​увидеть в этом калейдоскопе неразрывную связь истории и её визуального воплощения, вечный диалог власти, духа и красоты.

Игры на размеченной квадратами доске появились очень давно: первые упоминания о них встречаются ещё в буддийских текстах VI–V веков до нашей эры — ​в перечне дел, которыми не следует заниматься. Во всех них использовались одинаковые «фигуры» — ​как правило, белые и чёрные камни, как в шашках или го. Примерно через тысячу лет, согласно легенде, мудрец по имени Сисса (или Сасса, или Сесса, или Сета) разделил фигуры на несколько видов и наделил их разными возможностями. Это сделало созданную им игру более увлекательной и придало ей такую глубину, что уже полторы тысячи лет она является одним из любимых интеллектуальных развлечений человечества.

От глиняных табличек Суз до фресок Исфахана, от загадочных жрецов Элама, изобрётших письменность, до ариев Мидии, заложивших имперский канон, — история Ирана подобна многослойному персидскому ковру, в котором каждый узел — событие, а каждый узор — эпоха. В нашем таймлайне мы покажем, как ахеменидские рельефы Персеполя прославляли «царя царей», а парфянская чеканка сплавляла эллинский профиль с иранским всадником. Сасанидские шелка и сельджукские звёздчатые кирпичи, миниатюры Сефевидов и каджарские портреты на лаках — перед вами не только хроника войн и держав, но история древнего иранского духа.

Представленный таймлайн посвящён полководцам, чья деятельность разбросана в почти четырёх тысячах лет вой­н — ​от Древнего Египта до середины XX века. Мы рассмотрим военачальников не только как тактиков, но и как выражение современной им культуры. От древних колесниц Тутмоса III и философии Сунь-цзы до стальных армад Эйзенхауэра — ​представляем вам галерею портретов, в которых личная доблесть, ум и исторические перипетии сплетаются в единую трагедию насилия и силы человеческого духа.