Визуальный стиль и повествование в работах Альберто Мьельго

Альберто Мьельго — знаменитый испанский режиссер, аниматор и художник, сыгравший значительную роль внутри индустрии кино и анимации. Он является лауреатом 7 премий разного масштаба, включая премию Оскар. Мьельго с раннего возраста уже работал в индустрии, несмотря на отсутствие академической и другой образовательной базы. Его главная черта — жажда экспериментов, что и стало одной из причин его режиссерской работы над действительно необычными и разрывающими в свое время творческие шаблоны проектами «Любовь. Смерть. Роботы.» и «Человек-паук. Через вселенные».

Уже в начале 21 века Альберто Мьельго активно участвовал в производстве культовых анимационных картин, таких как «Труп Невесты», визуальных решений в клипах «Beatles». Но поистине решительным шагом в карьере испанского режиссера стала работа в студии Disney над проектом «Трон. Восстание». Именно уникальный подход Мьельго и его отличное от других предложенных визуальных и повествовательных стилей стало ключевой точкой успеха данного фильма, который по сей день является горячо любимым многими критиками и фанатами. Испанский художник переписывает каноны, внося абстрактные стилизации, яркую энергию и восхитительный темп рассказа истории.

Однако самыми яркими работами Альберто Мьельго, безусловно, являются его личные: именно в них он раскрывает весь возможный потенциал анимации как феномена. Несмотря на времязатратное и безумно тяжелое производство, каждая его личная картина, которых, на самом деле, достаточно немного, наполнены до краев изобретательностью и творческим взрывом шаблонов, что и делает данного режиссера, по моему мнению, одним из самых уникальных аниматоров и художников в индустрии современности.

При выборе и поиске материала для визуального исследования я руководствовалась стремлением показать оригинальность подачи и стилистического подхода к анимации Альберто Мьельго, его желание показать реальность такой, какой ее никто не показывал раннее. В фокусе внимания находятся его авторская техника, кинематографический ритм и символическая конструкция пространств и тел. Такое структурирование визуального исследования обусловлено необходимостью полностью раскрыть основные черты, свойственные анимационной графике испанского режиссера. Одной из важнейших деталей внутри его творчества, которую я считаю нужным раскрыть, является анализ его приемов, которые рождаются на стыке живописи и цифровой анимации. Для исследования избраны следующие работы Альберто Мьельго: «Стеклоочиститель», «Свидетель» и «Джибаро».

Технически, все работы Альберто Мьельго — 3D анимация. Однако подход испанского художника помог создать совершенно уникальный, раннее никем не используемый метод создания иллюзии двухмерной анимации. Так, каждый кадр «Стеклоочистителя» и «Свидетеля» буквально становится статичной изящной иллюстрацией, так как промежуточных смазанных кадров в ней не присутствует.

Если вглядеться внимательнее, то зритель заметит, что каждый фон внутри всех авторских работ Мьельго — самостоятельная иллюстрация без участия трехмерной графики. Характерным приемом режиссера, безусловно, предстает чрезмерная детализация переднего плана и отсутствие проработки заднего плана. Так, во многих дальних городских пейзажах можно увидеть, что свет и окна предстают в виде коротких, минималистичных мазков. Таким образом анимационная картина приобретает свою выразительность и правильно ставит внимание зрителя, управляя его взглядом. Также смена детализации имитирует размытие при фокусировке камеры, но делает это более креативно и живописно.

Авторский взгляд на визуальную часть своих работ у Альберто Мьельго проходит через призму импрессионизма. Будучи в первую очередь художником, режиссер обращается к живописи как к своему творческому началу и ведущему направлению внутри его коротких метров. Импрессионистская подача визуального материала происходит не только через саму технику смеси живой анимации и ручных мазков и многообразия цвета и света, но и через саму драматургию кадра: каждая сцена в отрыве от остальных смотрится эмоционально цельно. Даже не зная контекста, с помощью композиции, плановости и детализации можно с легкостью уловить настроение эпизода и персонажей в нем.

Характерная особенность визуальной драматургии также заключается в приеме дрожащей, «живой» камеры и засветов, ей присущих. Каждая сцена «Стеклоочистителя» будто является имитацией съемки на старый фотоаппарат, который очень легко захватывает свет и тем самым пересвечивая героев объектива, периодически повторно фокусируясь ради создания более динамичного диалога между зрителем и персонажем.

Фирменный иллюстративный прием Миельго — текстура. Мазки, индивидуальное отражение света на каждой из поверхностей, множество материалов внутри одежды персонажей и окружения создают настоящий и почти осязаемый тактильный опыт у зрителя. В «Свидетеле» мы чувствуем запах и влажность мокрого асфальта, дискомфорт смазанного макияжа и наготы главной героини, сковавыющее ощущение латексного костюма. В «Джибаро» отлично передана тяжесть доспех, мокрого золота, свежесть дикой, не принимающей чужаков природы. «Стеклоочиститель» позволяет зрителю почувствовать теплоту и нежность летнего солнца, влажный и морской запах бриза, промокшие от ливня ботинки, затхлость помещения от дыма сигарет.

Цвет также играет немаловажную роль внутри коротких метров испанского режиссера. Однако ключевая особенность подхода Альберто Мьельго — отрицание традиционных визуальных и повествовательных канонов. Так, испанский режиссер от типичной психологии цвета в ее прямом понимании. Если обычно фильмы кодируют настроение персонажа внутри цветовой гаммы сцены, то здесь аниматор не любит использовать цвет для рассказа истории: иногда ему кажется, что это — «манипуляция». Он не любит использовать голубой цвет для изображения грусти. «Можно же сделать полностью наоборот» [1].

Так в «Свидетеле» используется комплиментарность в виде неона внутри темной комнаты, что в добавочном слое контрастирует с дневным серым городом. В «Джибаро» же берет свое преимущество природная монохромность с отблесками золота и металлической брони, создавая именно сюжетное противоречие между жадностью человека и необъятной натуральности природы. «Стеклоочиститель» диктует зрителю настроение мягкой меланхолии, жизненной рефлексии, постепенности моментов.