Рубрикатор 1. Концепция 2. Введение. Невидимая сценография 3. Глава I. Ритуальный запах: сакральная граница 4. Глава II. Шекспировская сера: запах как политическое высказывание 5. Глава III. Fin de Siècle: рождение драматургического запаха 6. Глава IV. Коммерческий поворот: Guerlain в театре «Theatre libre» (1893) 7. Глава V. Между декорацией и персонажем: функции запаха 8. Глава VI. Современный ренессанс 9. Заключение 10. Список библиографических источников 11. Список источников изображений
Концепция
Традиционно в иерархии театра доминируют зрение и слух. Запах практически всегда считается второстепенным или совсем забытым элементом. Тем не менее, история театра показывает, что запах присутствовал в сценическом пространстве с древнейших времен и проживает возвращение в современном мире. В данном визуальном исследовании, я хочу раскрыть глубже тему ароматов на сцене. Выбор темы основан на нескольких факторах. Первый из них — это мой личный интерес к данной узконаправленной теме. Второй — это актуальность, а именно, как современный театр переживает «сенсорный поворот», обращаясь к забытым техникам. Также меня интересует, как запах влияет на зрителя и на его восприятие спектаклей.
Ключевые вопросы моего визуального исследования: Как невидимый и эфемерный запах становится сценографическим элементом, поддающимся визуальной фиксации. Как аромат влияет на восприятие театральных постановок? Требует ли современная сценография возвращения запахов? Гипотеза: Запах в театре существует не как самостоятельная художественная единица, а как «обонятельный след» (olfactory residue) — материальный или описательный артефакт, который можно визуализировать. Он напрямую влияет на зрителя, оставляя воспоминание, с помощью задействования важного органа чувств человека, делая спектакль как индивидуальным, так и коллективным опытом. Именно поэтому, современному театру может быть полезно вернуть аромат на сцену для более погружённой практики у зрителя.
В своём исследовании, я отбирала изображения, имеющие прямое отношение к задокументированным театральным событиям (программки спектаклей, фотографии сцен и технические чертежи). Также изображения, которые описывают мою мысль с помощью визуального ряда. Были задействованы изображения с визуальными источниками, которые фиксируют момент использования запаха или технические средства его доставки (пульверизаторы, системы вентиляции, расположение «ароматистов»).
Принцип рубрикации исследования: Исследование строится по тематико-хронологическому принципу.
Введение. Невидимая сценография
Сценография традиционно определяется как совокупность всех визуальных, звуковых, пространственных и сенсорных аспектов перформанса. Однако среди этих аспектов обонятельный долгое время оставался «невидимым» — не потому, что его не существовало, а потому, что он сопротивлялся фиксации. Запах эфемерен. Он не остаётся на фотографии, не воспроизводится в гравюре. И всё же он оставляет следы в воспоминаниях зрителя. Это исследование — попытка найти эти следы. Я буду исследовать запах от древности к современности, от ритуального ладана к синтетическим ароматам Guerlain, от ручных пульверизаторов символистов к диффузорам иммерсивного театра. На каждом этапе я буду рассматривать одно и то же: как невидимое становится видимым? Какие визуальные свидетельства позволяют нам утверждать, что спектакль пах определённым образом?
Глава I. Ритуальный запах: сакральная граница
Запах был частью театра задолго до того, как театр осознал себя искусством.
В античных мистериях ладан и жженые приношения маркировали переход из профанного пространства в сакральное. Греческие театры, встроенные в святилища Диониса, пропитывались дымом жертвенников, запах становился границей между человеком и богами.
Театр Диониса в Афинах
1. Сомалийский ладан 2. Шафран
В римском театре разбрызгивали шафран, смешанный с водой над публикой. Эта практика называлась «sparsiones». Практика «sparsiones» выполняла не только ароматическую функцию, но еще и функцию охлаждения и маскировки запахов. Использовали такие распылители как «Аспергиллы» или «ариллы». Римский драматург Луций Анней Сенека (ок. 4 до н. э. — 65 н. э.) также упоминает о шафрановых фонтанах и сифонах, орошавших зрителей. Это уже не сакральная граница, а сенсорная демократия, то есть запах как общий опыт, уравнивающий патриция и плебея.
Изображение практики «sparsiones» в Римском амфитеатре
На фресках из Геркуланума есть изображения с театральными сценами, в которых присутствует сосуд. В искусствоведческой литературе этот сосуд идентифицируется как spargendipens — устройство для разбрызгивания ароматических жидкостей. Форма сосуда (узкое горло, расширяющееся дно) оптимизирована для создания мелкодисперсного облака. Получается, что запах в Древнем Риме и в Древней Греции был не фоном, а важной частью церемониала.
Фрески и театральные маски. Раскопки в Геркулануме
Глава II. Шекспировская сера: запах как политическое высказывание
Если в античности запах маркировал сакральное, в елизаветинском театре он маркирует политическое.
Театр «Глобус»
В шекспировском «Макбете» (1606) запах серы был не метафорой, а физической реальностью. В театре «Глобус» перед спектаклем взрывались петарды, наполняя зал запахом серы.
1. Представление в театре «Глобус» 17 в. 2. Титульный лист второй страницы «Макбета»
Для современников этот запах был не просто спецэффектом. В 1605 году произошёл «Пороховой заговор» Гая Фокса против Якова 1 (короля Англии). Это была попытка взорвать парламент.
1. Гай Фокс 2. Яков 1
Тогда сера ассоциировалась с католическим заговором, предательством и адом. Шекспир играл с этой ассоциацией. В сцене, где Макбет убивает Дункана, лорд Ленокс произносит: «Неописуемый был запах серы» (And the untimely smell of sulphur, акт III, сцена 4). Театральный запах отсылал к реальному политическому событию, создавая двойную семиотическую нагрузку: одновременно «ад Макбета» и «ад Гай Фокса».
Иллюстрации 1. Убийство Дункана, 1809–1811 гг. 2. Макбет с кинжалами и его жена, Дж. Г. Фьюсли, 1812 г
На панорамной гравюре «Long View of London» (Клас Янс Висхер, 1616), театр «Глобус» изображён с открытым верхом. Это важно для понимания ароматической сценографии: открытый верх означал, что запах не задерживался. Следовательно, серный запах был интенсивным и создавался в момент действия, а не фоновым. В центре сцены видно небольшое углубление — пространство под сценой, где хранились пиротехнические устройства. Именно оттуда, из-под ног актёров, поднимался серный дым. Запах в елизаветинском театре был топографически привязан. Он исходил из конкретного места сцены, создавая вертикальную ось (небо сцены — ад под сценой).
Гравюра «Long View of London», Клас Янс Висхер, 1616 г.
Глава III. Fin de Siècle: рождение драматургического запаха
К 1890-м годам в парижском театре назрела революция. Символисты, вдохновлённые Бодлером, Вагнером и Рембо, мечтали о тотальном искусстве, которое воздействовало бы на все чувства одновременно. Ключевая фигура — Поль-Наполеон Руйнар (Paul-Napoléon Roinard, 1856–1930), поэт и драматург, который в декабре 1891 года поставил в только что открывшемся театре «Theatre d’Art» спектакль «Песнь Песней».
1. Paul-Napoléon Roinard 2. Упоминание Theatre d’Art