Прекрасное далеко: выражение и интерпретации детской безмятежности

Для каждого человека существует свой образ детства, сотканный из ароматов, звуков, прикосновений маминых рук, символов и ассоциаций. Но есть в них нечто сокровенное, что объединяет абсолютно диаметральные представления о детстве среди разных людей — теплое чувство, которое за ними кроется, формируется и закрепляется, воздействуя комплексно через все органы чувств и ощущений. Именно феномены тепла, умиротворения и спокойствия, присущие беззаботному детству, зачастую эксплуатируются и траслируется современными брендами.

Первым и главным образом, связанным с детством, становится мама. И это неудивительно, ведь именно от родителей и, в частности, матерей ребенок получает базовые знания о взаимодействии с миром, природой, людьми, затем заимствуя и адаптируя полученные конструкции поведения на дальнейшую жизнь.

Однако, детство — не про осознанное принятие мудрости, но и про ошибки и оплошности, которые вызывают эмоции и являют собой самый полезный опыт, пусть и не всегда удачный. А самое страшное наказание — расстроить маму.

Именно о таком опыте одежда в приведенной коллекции бренда Befree: эмоционально окрашенном и ярком, моменты и фразы, которые запоминаются на всю жизнь. Выразительное слово, которое в детстве наверняка давало понять границы допустимого и разумного («Потом спасибо скажешь», «Я ей слово — она мне 10»), которое, с взрослением, приобретает особую теплоту и рождает понимание заботы. Потому такие свитеры греют еще и морально, ведь содержат в себе момент: ощущение нужности и материнского переживания, вызванного исключительной любовью.

Важная роль родителя еще и в том, чтобы сохранять беспечность и само ощущение детства для ребенка. Так, в тяжелые времена игрушки становились выражением семьи, ведь создавались из подручных материалов, покрывались замысловатыми узорами. И такие игрушки действительно содержали в себе душу.

А потому любая рукотворность (например, в серии «Алёнки») в современных интерпретациях словно выражает идею безграничности детского воображения, нетипичности взглядов, а также воссоздает ощущение уютного внутреннего мира, который неподвластен никаким общепринятым нормам и законам, где что угодно может стать невероятно ценной и выразительной вещью. Рукотворность — про эмоции и трепет. Главное — сделано с любовью.

Однако личность с детства формируется также под воздействием образов культуры: мультипликации, киноиндустрии и сказочных героев. Нередко они становятся для ребенка самыми настоящими друзьями, примерами для подражания, выразителями правды, а также проводниками, демонстрирующими взрослый мир, пусть и в более красочной и зачастую достаточно однобокой гуманности и простоте: добро всегда побеждает зло, однако и негодяй достоин прощения и имеет шанс на исправление, и другие морально-этические нормы.

Такой идиллический мир, смягчающий для ребенка реальность, нередко взывает к себе уже взрослых людей: ведь хочется, чтобы все было по чести и справедливости и в повседневной жизни, а крокодил Гена продрожал убаюкивать своей протяжной песней. И время остановится, и сон станет спокойным и беспечным, как в детстве.

Образы, знакомые с детства, дарят ощущение простоты мироустройства, которой так не хватает в повседневной жизни, а также расширяют границы возможного и дают волю воображению, когда ковер-самолет рассекает небо, а кощей смертен от простого перелома иглы. Зло хрупко и наказуемо, а добро всегда остается при своем.

При этом воспоминания, хотя и удаленно мутные, дистанцированные от действительности, имеют нерушимую силу воздействия. Эта идея транслируется в работах Дианы Кривенко из серии «Склеенные воспоминания». Более того, японское искусство кинцуги адаптируется под русское «разбил — на счастье». И счастье действительно заключено в простых, но невероятно красочных и прочных образах, которые следуют с детства.

Более того, современные интерпретации былого приобретают новый вид, базируясь на опыте уже осознанного и взрослого человека. Так, культовый крокодил («Отряд» Александры Елисеевой) дополняется бунтарским пирсингом, лозунгами и знаковыми свитерами, символизируя свободу творчества и неуемную жажду бунта, характерную для 1990-х годов.

В современных интерпретациях встречаются и каламбуры (ковер-самолет, воспринятый буквально), а также шуточные явления, которые поддерживают идеи беспечности и вседозволенности, ощутимые в детстве и растворяющиеся с взрослением. Такие предметы обаятельны своей прямотой и наивностью.

Некоторые же предметы несут сакральный смысл, схожий с оберегами, повторяют свое сказочное предназначение, как, например, «Путеводный клубок» из сказки об Андрее-стрельце, напоминающий о том, что даже из самой безвыходной и запутанной ситуации можно найти выход.