Глава 2

В предыдущей главе материалы рассматривались как часть природного и символического ландшафта. Географическая доступность ресурса задавала не только экономические, но и мировоззренческие рамки: природное окружение становилось основой для формирования представлений о структуре мира, его живых и неживых элементах, а также о взаимодействии человека с ними. Однако для понимания того, как материал, являясь проводником тактильного опыта, стал носителем культурной памяти, необходимо обратиться к непосредственному опыту прикосновения, обработки и использования материала — к ремеслу.

Ремесленные практики следует рассматривать в период крещеной Руси, так как знакомые нашему народу традиции сформировались именно в этот период. В контексте ремесла материал мог нести несколько функций, но в первую очередь необходимо рассмотреть утилитарную.

Тактильная среда традиционного быта формировалась через труд. Работа с землёй, деревом, глиной, тканью или металлом не только обеспечивала повседневное существование, но и создавалa устойчивые формы телесного опыта. В ремесле и хозяйственной деятельности человек вступал в диалог с материалом, ощущал его сопротивление, изучал его границы и возможности.

Промыслы и ремёсла занимали важное место в жизни русского народа. Традиционно сельское население, вплоть до первой четверти XX века, самостоятельно изготавливало большинство необходимых бытовых и ремесленных изделий.[8] Разнообразие ремёсел в русской культуре формировало целую систему телесных практик, в которых человек осваивал материю через прикосновение, ритм и усилие. Каждое ремесло имело свой характерный «язык рук», то есть способ взаимодействия с материалом.

Карта распространения народных ремёсел на территории расселения восточных славян отражает не только хозяйственную, но и тактильную географию культуры.

Наиболее повсеместно были распространены колесный, столярный, бондарный и экипажный промыслы, а также изготовление сох и плотничье дело. В отдельных губерниях развивались специализированные ремёсла — токарное, корзинное, дегтярное, смолокуренное и игрушечное. Так, плотники Владимирской и Вятской губерний пользовались особой известностью, а смолокурение и дегтярный промысел процветали в северных регионах — Архангельской, Вологодской и Костромской губерниях. В Воронежском крае существовало множество локальных ремесленных центров: резьба по дереву (п. Анна, Нижний Карачан), гончарство и изготовление глиняной игрушки (Рамонь, Карачун, Бутурлиновка, Калач), ковроделие и выделка кушаков (Урыв, Елань-Колено, Верхняя Тишанка), вязание пуховых платков (Русаново), роспись утвари и резьба пряничных досок (Павловск, Бутурлиновка.[8]

Любой русский мастер знал — к своему делу нужно подходить с любовью, с уважением. Уважения начиналось с почитания материала, как дара Божьего (ранее языческого и позже православного), а продолжалось таким же уважительным подходом к самому процессу работы.

Именно благодаря трепетности и духовному взгляду на вещи мастера уделяли особое внимание характеру материала, по крупицам вкладывая свои наблюдения в тактильный код народа.

Деревообработка — это совокупность ремёсел и промыслов, связанных с изготовлением и отделкой изделий из дерева. В условиях натурального хозяйства, когда крестьянине самостоятельно создавали большинство необходимых им предметов, работа с деревом имела особое значение. Из этого материала, поддающегося обработке даже простейшими инструментами, изготавливались почти все предметы повседневного быта — от ложек и чаш до жилища и орудий труда.[8]

Промыслами, имевшие наибольшее распространение:

1. Бондарный промысел — выделка обручной или вязанной деревянной посуды. Натуральное хозяйство предполагало множество продуктов, которые необходимо было готовить впрок. Потому надобность бочек, кадок и тд была высокой.

2. Токарный промысел — производство точеной деревянной посуды.

3. Ложкарный промысел — выделка деревянных ложек. Из осиновых чурок (баклуш) ложкорезы тесали обычно круглые ложки.

4. Домостроительство и сопутствующая этому ремеслу резьба деревянных наличников.

Кроме того было распространено вырезать из дерева детские игрушки или фигурки духовного характера, однако это уже относится к декоративно прикладному искусству.[8]

Бондарный и токарный промыслы кажутся схожими в контексте тактильного восприятия, однако в основе каждого дела лежат принципиально разные технологии.

Бондарная посуда скреплялась из дощечек, охваченных обручами, в то время как токарная высекалась из цельного куска дерева. [8]

Бондарный мастер собирал посуду из отдельных элементов, скрепляя те. Токарный же вырезал объект, отсекая всё лишнее.

(1) — нач. XX в., к. н. РЭМ 12643-26 (2) — 1890 г., к.н РЭМ 8761-710 (3) — 1890–1910-е гг., к. н. РЭМ 8761-789 (4) — 1860-е гг., к. н. РЭМ 8761-1229 (5) — 1864 г., к. н. РЭМ 8761-1222 (6) — послед. четв. XIX в., к. н. РЭМ 829-55/1 (7) — кон. XIX в., к. н. РЭМ 349-10/2 (8) — кон. XIX — нач. ХХ в., к. н. РЭМ 8761-1237 (9) — кон. XIX в., к. н. РЭМ 102-27

Изготовление ложки вынесено в отдельный промысел, хотя технология изготовления ложки такая же, как и токарной посуды.[9]

Дело не только в том, что ложка, как объект, была невероятно востребована и во время застолий, и как музыкальный инструмент. Ложка была обрядовым элементом, символом причастности к человеческому. Нередко у каждого члена семьи была своя собственная ложка, ложку клали в колыбель ребенка, приглашая в мир и в семью.

Простой предмет быта из дерева с устойчивым символическим значением, из-за которого появился ложкарный промысел и мастера-ложкари.

Ложки были разными. Какие-то доставали к празднику, какие-то изготавливались специально для ритуала погребения. Ложки были большие и маленькие, но главное, что ложка как объект из дерева, как процесс и форма, закрепились в руках народа.

Плетение — это способ создания прочных конструкций и изделий из гибких и мягких материалов: нитей, стеблей растений, соломы, волокон, коры, лыка, прутьев, корней и других доступных природных ресурсов, находящихся в распоряжении мастера.[8]

Позднее люди научились использовать более тонкие материалы — льняное, конопляное волокно, шерсть животных. Из плетения со временем развилось прядение и ткачество.[8]

Простейшим видом плетения является заплетение в косы волос на голове, грив и хвостов домашних животных.[8] Это важно учитывать при исследовании тактильности плетения. С телесного все началось, телесным и продолжилось.

Самым ярким примером плетения, конечно, считается плетение лаптей — наиболее распространенной обуви среди крестьян. [8]

Лапти плели из разного материала, и в зависимости от этого назывались дубовики, ракитники, берестяники или вязовики.[9] Самым мягкими и прочными считали лапти из липового лыка — волокнистого и неокрепшего подкорья, которое нарезали длинными узкими полосками. Применялись различные способы плетения лаптей, чаще всего прямоугольное (поперечное), когда полосы переплетались крест-накрест, и диагональное (переплетение не под прямым углом.[8]

Дерево и здесь стало для человека частью бытия, только теперь с точки зрения элемента одежды, который ежедневно соприкасался с телом, запоминал пути и дороги, которыми ходил человек.

Каждая сохранившаяся до наших дней пара создавалась при помощи рук мастера, а после кому-то принадлежала и прошла с кем-то его жизненный путь.