Гильгамеш везде

«Забудь о смерти — достигнешь жизни!» Эпос о Гильгамеше, литература древнего востока.

Легенды сочиняются с самых незапамятных времен, еще издревле, едва ли не с того самого мига, когда человек впервые осознал себя человеком и попытался осмыслить мир вокруг. Тяжело и даже невозможно представить древнюю цивилизацию, которая не обрамляла бы свою повседневную бытность, свои страхи и надежды причудливой вязью мифов и удивительных, захватывающих дух рассказов о похождениях героев, Богов, или и тех, и других, действующих в рамках единой истории.

Миф не был для древних людей простым развлечением. Он был универсальным кодом, на котором объяснялось устройство мира, смена времен года, происхождение смерти и смысл жизни. Через сказания о богах и героях люди выстраивали свою идентичность, передавали нравственные законы и сохраняли коллективную память.

И в одной из самых древних колыбелей человечества, на Ближнем Востоке, в плодородном междуречье Тигра и Евфрата, эти легенды проявили себя особенно монументально и оказались записанными.

Именно там, в шумерских городах-государствах: Уруке, Уре, Ниппуре, приблизительно четыре с половиной тысячи лет назад на глиняных табличках возник первый в истории человечества письменный эпос, великий и трагический эпос о Гильгамеше.

Поистине — одно из старейших сохранившихся до наших дней литературных произведений, памятников прошлого. Текст, чья глубина и эмоциональная мощь способны поразить и современного читателя: история о царе Урука, который искал бессмертия, но нашел мудрость, оплакав друга Энкиду. И одновременно это самое крупное, самое масштабное произведение, зафиксированное клинописью.

Мы, люди современные, узнали о шумерах и их удивительной бытности сравнительно недавно. В широком археологическом отношении это открытие куда более позднее, чем, скажем, знание о Древнем Египте или античной Греции; многие шумерские города были погребены под песками и забыты на тысячелетия.

Однако сегодня, когда расшифрованы сотни табличек, не будет преувеличением сказать: именно те народы Двуречья, что создали, многократно переписывали и сберегли в текстовом виде легендарный эпос о Гильгамеше, явились критически важным звеном на долгом и сложном пути становления всего общечеловеческого мифа и культуры.

Шумерские сюжеты проникли в аккадскую, вавилонскую, ассирийскую традиции, а оттуда, через сложные культурные цепочки, повлияли на библейские тексты и античную литературу. В этом смысле клинописный эпос стоит у самых истоков того великого повествовательного потока, который питает мировую словесность и поныне. И вы удивитесь, сколь значительно на самом деле влияние этой древней истории!

Пускай некогда это и не было так очевидно, но в данном исследовании я бы хотел разобрать наибольшее количество отсылок, заимствований и просто упоминаний легендарного эпоса вне шумеро-аккадских мифов.

В частности, я разберу и проанализирую, где и как с древних времен и в особенности до наших дней появлялся царь Урука Гильгамеш, и как этот герой, некогда потерянный и забытый человечеством, смог оставить свой след на всей нашей культуре, как менялся и преображался.

Для начала, пару слов о мифе и о самом Гильгамеше. Даже тот, кто к эпосу никогда не притрагивался, мог почувствовать его всеобъемлющее влияние. Так, например, многим могут быть знакомы сюжеты о потопе, путешествии в подземное царство или о поиске бессмертия. Даже победа надо львом! Да, все это было и там.

А что до Гильгамеша, то тот, безусловно, великий герой. Он проходит целую драматургическую арку и, параллельно со своими подвигами и победами, осознает ценность жизни.

Похожие мотивы прослеживаются и в произведениях иных, более поздних цивилизаций.

Если рассматривать Иллиаду, то отвержение Гильгамешем богини Иштар перекликается со сценой, где Диомед ранит Афродиту. А смерть лучшего друга Энкиду напоминает скорбь Ахилла по Патроклу.