концепция
Декоративные елочные флажки «Сказочные персонажи» на одной нитке, бумага, 1950-е
Каждый день человек окружён огромным множеством не похожих друг на друга вещей. Какие-то из них мы видим настолько часто, что не придаём им никакого значения и не наделяем их никакими смыслами. В мире этих вещей особое место всегда занимали и занимают по сей день ёлочные игрушки. Казалось бы, заканчиваются новогодние праздники, украшения снимают с ёлки, убирают до следующего нового года, и до того момента никто о них и не вспомнит, разве что дети.
Но, как подмечал А. И. Куприн в рассказе «Ёлки в капельке», взрослые получали от ёлки своё, «наивное» удовольствие, и ничуть не меньшее, чем дети.
В этом уникальность ёлочной игрушки — она никогда не фиксирует негативных и трагичных проявлений жизни, в её основе никогда не лежит зло. Ёлочная игрушка должна быть прекрасна, её функция — радовать и дарить тепло, поддерживать в людях ощущение праздника и веры в прекрасное, в чудо. Она успешно сочетала эту функцию и с воспитательными, образовательными задачами. И то, что большую часть времени ёлочные украшения остаются невостребованными, лишь повышает их ценность.
Коллекционная ёлочная игрушка «Девушка с Муфтой», 1940 г, Изокульт
Говоря словами французского философа Жана Бодрийара, «маргинальность» игрушки не подтверждает её «внефункциональность», она «будто проиворечит требованиям функциональной исчислимости, соответствуя желаниям иного порядка — выражать в себе свидетельство, память, ностальгию, бегство от действительности».
Помимо этого, ёлочная игрушка будто бы отражает особенности культуры и быта разных исторических эпох, каждая из них наделяла украшения особым смыслом и индивидуальностью. В своём исследовании я буду рассматривать ёлочные украшения с учётом изменений, которые она претерпевала в течение многих десятилетий в советской, постсоветской и современной культуре.
стеклянные елочные игрушки
Таким образом, гипотеза моего исследования заключается в том, что Ёлочная игрушка в истории России XX–XXI веков выступает культурным кодом, в котором зашифрованы идеологические установки и ключевые события каждой эпохи. Внешний вид игрушки, её форма, материал, технология изготовления — все это напрямую продиктовано историческим контекстом своего времени. Однако со временем возникает и усиливается феномен ностальгии. он проявляется в том, что люди предпочитают сохранение и коллекционирование старых игрушек. Таким образом, начиная с постсоветского периода, ёлочная игрушка фиксирует не только историю страны, но её рефлексию о прошлом.
Рубрикатор исследования выстроен в хронологическом порядке и опирается на важнейшие эпохи в истории ёлочной игрушки, что позволяет проследить историческую преемтсвенность между каждым из этапов.
1. конец 1920-х — запрет
Скоро будет рождество — Гадкий праздник буржуазный, Связан испокон веков С ним обычай безобразный: В лес придет капиталист, Косный, верный предрасудку,
Елку срубит топором, Отпустивши злую шутку. Тот, кто елочку срубил, Тот вредней врага раз в десять: Ведь на каждом деревце Можно белого повесить! (Валерий Горянский, «Про елочку!»)
Сатирическая графика с лозунгом
Появившаяся в 1925 году борьба с православным праздниками означала начало борьбы с елкой и елочной игрушкой соответственно. Это вылилось в масштабную антирождественскую кампанию 1927–1928 годов и завершившаяся окончательным исчезновением праздника из советского праздничного календаря.
Плакат с лозунгом против рождества
В апреле 1929 года XVI партконференция утвердила«непрерывный рабочий год и пятидневную неделю с всего одним днем, выделенным на отдых, приходившимся на пятый день. Религиозные праздники перестали быть выходными и превратились в обычные рабочие дни.
обложка советского журнала «Копар», датированная декабрь 1924 года (№ 13)
Изменения, происходившие на протяжении 1920-х годов были направлены на перестройку общественного и индивидуального сознания и замену культурного кода. От каждого пионера и комсомольца ждали борьбы с Рождеством, рождественской елкой и ее атрибутами.
Уличная демонстрация с лозунгом против Рождества и религиозных традиций. 1920–1930-е годы.
Однако эмигрантская газета «Последние новости» в декабре 1932 года, ссылаясь на московского корреспондента Sunday Times, сообщала, что, хотя антирождественская кампания в Москве шла по обычному сценарию, магазины Торгсина, которые обычно закрывались в шесть вечера, накануне работали до полуночи из-за большого числа желающих купить рождественские угощения и елочные украшения.
2. 1930–1941 — возрождение елки и сталинская эпоха
Формирование визуальной «елочной» идеологии происходило во второй половине 1930-х годов. Постепенно она становилась более устойчивой и упорядоченной, пока не приобрела статус визуального канона. Этот процесс прошел достаточно быстро: уже к началу 1940-х годов новый образ советской елки прочно закрепился в массовом сознании.
После того, как елочная игрушка была практически снята с производства в 1920-е годы, в 1930-е годы, с установлением идеологического монизма тоталитарного государства и единого Большого стиля соцреализма, она, наоборот, стала активно внедряться.
Производство игрушек — как запланированное, так и уже осуществлявшееся — было строго упорядочено. Их распределяли по функциональному назначению, типу используемого сырья и смысловому наполнению.
картонная елочная игрушка «Домик», 1930-е гг
Советская елочная игрушка становилась все более политизированной. К 20-летию Октябрьской революции планировалось запустить в производство новые образцы «советской политической» елочной игрушки из ваты.
шар с изображением Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина
В 1937 году вышла серия елочных шаров с портретами членов Политбюро ЦК ВКП (б), а также один крупный шар с изображением Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина. Советские елочные украшения стали транслятором партийной иерархии и государственного культа.
Пятиконечные красные звезды, стекло
