Баффинг: принудительное бессознательное

Городское пространство являет собой поле для огромных возможностей диалога, его вариаций. Одной из возможностей этого диалога является граффити, как знаковая коммуникация. Граффити — вид уличного раскрашивания стен, способ создания рисунка на уличной стене, для которого свойственны заведомая недолговечность и возможность дополнения другими авторами. Поскольку любое физически присутственное произведение искусства требует какое-либо геометрически вычисляемое количество объема, граффити, располагая себя на уличных стенах высокомерно претендует на завладение объемом дома всецело (так, граффити художник как-бы ставит подпись на окружающем). Естественно, что у подобного амбициозного в своем начале акта будут противники — и в их лице выступают сотрудники жилищно-коммунального хозяйства. Хоть работа вторых в городском пространстве и продиктована тем, что это именно финансово доказуемый труд, пропорция «загрязнение чистого, очистка грязного» — инстинктивна человеческой природе.

Так, у граффити начерчения появляется естественный враг — бафф, (от англ. to buff — полировать) — валик работника ЖКХ, и оставляемый им колорблок на месте рисунка. Взаимодействия вандала и дворника лишенные личной встречи, они становятся контрастом другим видам визуальной городской коммуникации — рекламе, пропаганде, уличной топонимике и др. Пешеход в этих отношениях принимает роль визиониста, скользящего глазами по страницам чужого дневника, гадающего, что осталось за стертыми ластиком пробелами слов. Процессы этого общения, его результаты, начали документироваться в последнее время с возрастанием интереса к стрит-арту, и, что важно, к баффу, как к самостоятельному направлению. Так, цветовые композиции или контурные обводки, не совпадающие с цветом фасада — стали рассматриваться зрителем, находящемся в дискурсе баффа, как отдельные произведения.

Моя заинтересованность в этой теме обусловлена не только наблюдением за городским пространством как местом самовыражения отдельно взятого художника, но и насильным выводом ЖЭК-арта из подполья и присвоением ему статуса современного искусства. Так, некоторые работы уличных художников, в которых в той или иной форме задействован феномен баффа, находят официальное признание в стенах институций, занимающихся различными видами современного искусства. В том числе, отдельным фактором, подогревшим интерес к ЖЭК-арту стал выпуск книги BUFFANTGARDE, вышедшей в августе 2018 года. Авторы книги, содержащей работы 77 художников и фотографов, которые занимают 352 страницы, определяют ее так: «Издание ― визуальный альбом необычного уличного. Случайного и специального, неосознанного и сознательного. Коллективного и индивидуального. Уродливо-красивого».

С точки зрения семиотики, бафф может являться знаком, даже покрывая под собой изначально заданное изображение. В основе семиотики лежит понятие знака, понимаемого по-разному в различных традициях. В логико-философской традиции, восходящей к Ч.Моррису и Р.Карнапу, знак понимается как некий материальный носитель, представляющий другую сущность (в частном, но наиболее важном случае — информацию).

Поскольку бафф легко воспроизводим материально и композиционно, он тяготеет к тенденции повторяться, становясь тиражируемым знаком, знаком того, что под ним кроется предыдущий иконический символ или композиция.

Чтобы как следует погрузиться в контекст изучаемого, будет полезным увидеть примеры часто встречающихся баффов, с комментариями комманды zimnakrew, работы которых были закрашены на большинстве представленных ниже фотографий.

zimnakrew: «Один из любимых баффов. Красивая форма, красивый цвет. Чувак либо вначале прошелся великом по контуру, и остатками закрасил сверху, либо начал красить сверху вниз, понял, что краски не хватает и распределил остатки по линиям»

zimnakrew: «Вы спросите, в чем же задача баффа? Конечно, не в том, чтобы поддерживать визуальную гигиену среды. Бафф доблестно сражается не с наличием надписи/рисунка, а с их знаковыми свойствами; бафф как бы „глушит сигнал“.»

zimnakrew: «Иногда, как на этом фото, например, это предельно формальный, слепой ритуал, сродни какому-то суеверию. С тем же изобразительным успехом можно было бы обводить теги мелом, чтобы, ясное дело, обезвредить нечистую силу.»

Преходящие итерации баффа — от существующего граффити, до баффа, до преобразования баффа в новое граффити.

Говоря о стирании граффити со стен с помощью баффа, нельзя не упомянуть «Стертый рисунок Де Кунинга», созданный художником Робертом Раушенбергом. Работа, признаваемая одним из самых масштабных актов вандализма в искусстве (что обратно пропорционально баффу, считающемуся актом де-вандализации), очень близка по духу баффингу.

Роберт Раушенберг: «Там не было ничего деструктивного. Я стер этот рисунок, потому что пытался нарисовать другой обратным концом карандаша, на котором была резинка. У меня было много резинок и никакого искусства, так что я был готов ровно наполовину, а если бы я сам нарисовал рисунок, а потом стер его, это ничего бы не дало, поэтому пришлось взять что-то, что уже было признано как искусство, и использовать резинку как инструмент для рисования. Думаю, сегодня Билл де Кунинг не позволил бы кому-нибудь еще сделать что-то подобное.»

«Стертый де Кунинг — это как сорванный цветок, даже не украденный; ведь я спросил позволения де Кунинга, так что он вянет, а обратный конец моего карандаша — это инструмент увядания. Это был не жест, он не имеет никакого отношения к деструкции. Я никогда с ним не расстанусь. Сколько может стоить рисунок де Кунинга, который потом три недели подряд стирал художник тоже не без репутации? Как вы это подсчитаете? Давайте снова вернемся к цветам. Если вам дарят розу, которую вы действительно очень хотели получить, она простоит много дольше, чем та, которую вы купили или вырастили. Мне придется поднять цену на этот рисунок!»